Лондонская Великая чума 1665 года выкосила десятки тысяч жизней, но одна крошечная деревушка в графстве Дербишир вошла в историю не из-за страданий, а из-за величайшего самопожертвования. Эйм стала символом того, насколько далеко могут зайти простые люди, чтобы защитить соседей.
В средневековой Европе бубонная чума была не просто болезнью, она была ужасом, от которого стыла кровь. «Чёрная смерть» уничтожала живую плоть, исторгала из тел язвы и наказывала своих жертв несколькими днями мучительной агонии до неизбежного конца. В 1346–1353 годах она уничтожила около 100 миллионов человек — почти четверть населения Земли.
В 1665 году чума вернулась в Лондон. Пусть и не в таком масштабе, как за три века до этого, но она унесла жизни около 100 тысяч человек только в столице. А затем добралась до глубинки.
Приходская церковь Эйма
Летом 1665 года местный портной Александр Хэдфилд получил из Лондона тюк ткани. Влажное сукно кишело блохами — разносчиками чумы. Помощник портного Джордж Виккарс, развешивая ткань перед очагом, даже не подозревал, что запускает цепную реакцию смерти. Через неделю Виккарс был мёртв. Вскоре погибла и вся его семья.
Колодец Момпессона, где соседи оставляли еду и медикаменты, а жители деревни — монеты
Когда болезнь начала пожирать село, началась паника. Люди хотели бежать куда угодно, лишь бы подальше от этой ямы. И тогда 28-летний настоятель Уильям Момпессон сделал нечто невероятное: он убедил своих прихожан остаться. Не для того, чтобы умереть. А для того, чтобы не убивать других.
Каждый житель Эйма, даже здоровый, поклялся не пересекать границу, пока чума не пройдёт свой путь. Вокруг деревни установили межевые камни. За них нельзя было заходить, но через них соседи передавали еду. Мясо, зерно, припасы — жители соседних сёл оставляли их у камней. В ответ эймцы клали монеты в корыто с уксусом — верили, что он убивает заразу. Это корыто до сих пор называют «Колодцем Момпессона».
Похоронных процессий в церкви больше не было. Службы перенесли на открытый воздух, чтобы не создавать толпу. Каждая семья хоронила своих мёртвых сама. Тела волокли по улице, привязав верёвку к щиколоткам, чтобы не касаться заражённой плоти. Момпессон похоронил всю свою семью.
Осенью 1666 года чума исчезла так же внезапно, как и пришла. Из 350 жителей Эйма в живых осталось всего 90. 260 погибло. Больше половины полегло в этой самоизоляции. Но в соседние города чума не прорвалась. Спасительный кордон устоял.
Пограничный камень
Сам Момпессон выжил. Но судьба наказала мудрого и отважного священнослужителя иначе: когда через три года его перевели в другой приход, местные жители боялись даже приближаться к нему. Слишком страшным было само имя — «человек из чумной деревни».
Сегодня Эйм не просто деревня в Дербишире. Это место тёмного туризма. Сюда едут не за развлечениями, а за памятью.
Главные мемориалы, которые можно увидеть своими глазами:
- Межевые камни. Они всё ещё стоят на границах бывшего карантина. Ежегодно туристы кладут на них монеты в память о погибших. Камень, через который передавали еду между Эймом и Стони-Миддлтоном, до сих пор хранит отверстия для уксусной дезинфекции денег.
- Колодец Момпессона. Официально признан памятником архитектуры II класса с 1967 года. Тот самый жёлоб с уксусом, где меняли припасы на монеты.
- Могилы по всей деревне. Тела не хоронили в церковной ограде, опасаясь заражения. Семейные захоронения разбросаны по полям и дворам. Одна из самых трагичных — могила семьи Хэнкок. Женщина похоронила мужа и шестерых детей за восемь дней.
- Музей чумы в Эйме. Там хранятся документы, письма Момпессона и артефакты той эпохи.
Каждый год в последнее воскресенье августа здесь проходит День чумы— торжественная служба под открытым небом, где собираются паломники со всей Англии. Они чтят людей, которые «не считали свои жизни ценными для себя, но положили их за друзей».